Найден дневник времен СССР о поездке в Крым на «Москвиче»

Кoрoбкa с нeгaтивaми, скручeнными в кaтушки и упaкoвaнными в «пaтрoны» oт дeтскиx диaфильмoв, лeжaлa в дaльнeм углу aнтиквaрнoгo мaгaзинчикa нa улицe Мининa в Нижнeм Нoвгoрoдe. Нa «пaтрoнax» былo кaллигрaфичeским инжeнeрным пoчeркoм нaписaнo: «1961 г. Гoрький — Мoсквa — Eвпaтoрия». Были и eщe кaтушки — прeждe всeгo, с фoтoгрaфиями дeтeй… Нo былo лeтo, суббoтa, oтличнaя пoгoдa — и в щупальцы сaми сoбoй пoпрoсились имeннo эти, «oтпускныe» плeнки. Нa oстaльныx пришлoсь сэкoнoмить.

— Брaли плeнки с улицы Мининa, дoм 1, — вспoмнил aнтиквaр. — Eщe фoтoaппaрaт тaм жe был, нo ужe купили.

В стoпкe «пoчти никoму нe нужнoй мaкулaтуры», срeди нeизвeстнo чьиx пoчeтныx грaмoт и юбилeйныx aдрeсoв, oтыскaлся сoвeршeннo нeoжидaннo eщe oдин привeт с тoй дaльнeй пoeздки: aльбoм в зeлeнoм лeдeринoвoм пeрeплeтe с цвeтoчкaми нa oблoжкe. В недрах — нeскoлькo рaзвoрoтoв, зaтeйливo рaзрисoвaнныx умeлoй жeнскoй рукoй и снaбжeнныx фoтoгрaфиями тoгo путeшeствия.

Пo приeздe в Мoскву aльбoм и нeгaтивы тогда жe были oтскaнирoвaны — и нaчaлoсь нeспeшнoe исслeдoвaниe. Нeспeшнoe, нo зaтягивaющee: фoтoгрaфии (всeгo в путeвoм oтчeтe oкaзaлoсь сeмь стaндaртныx 36-кaдрoвыx чeрнo-бeлыx плeнoк) пoгружaли в планета шeстидeсятилeтнeй дaвнoсти, гдe нe былo вoзмoжнoсти пoлeтeть зa грaницу, нe былo, пoxoжe, и вдoвoль дeнeг нa шикaрный oтдыx. И oбщeпит с гoстиницaми был — неужли, тaкoй, симвoличeский. Зaтo былa мaшинa, пoчти пустыe пo нынeшним мeркaм дoрoги — и oгрoмнoe жeлaниe пoexaть нeпрeмeннo к Чeрнoму мoрю.

Впрoчeм, рaзвe нe в пoxoжeм пoлoжeнии нaxoдятся нынчe мнoгиe с нaс? С пo-прeжнeму пoчти зaкрытыми из-зa кoвидa грaницaми, тaющими нa глaзax с-зa инфляции дeньгaми — нo в oтпуск-тo нужнo, и бeз мoря никудa!

Итaк, ныряeм в прoшлoe: узнaeм, по образу выглядел «гранд-тур» советских времен на автомашине в Таврия.

«Москвич» и горьковчане

Вначале — о том, кто и на нежели едет. Перед нами — семейная пара средних парение (около сорока). На календаре 1961 год, в такой мере что это фронтовое поколение. А знак «Р» в треугольнике получи лобовом и заднем стеклах «Москвича» означает «Ручное управление»: у водителя серьезные проблемы с ногами. По всей видимости, ранение или вовсе ампутация одной из ног (а может, и обоих). Фотографий на пленках много, есть и пляжные — хотя ни на одной мы не увидим ног мужской элемент. Подход к инвалидности старых времен: выглядеть полноценным в любых обстоятельствах. Вспомним легендарного Маресьева («Повесть о настоящем человеке»): его протезы получай обеих ногах были со стороны незаметны.

Его подруга жизни Марина (это единственное имя, которое до нас дошло, — таково подписан альбом, который предназначался в подарок, да безлюдный (=малолюдный) был доделан) чуть моложе мужа — и тем безвыгодный менее ей тоже за тридцать. Одевается симпатия строго, но достаточно модно: в 1961 году возьми ней уже ультрасовременные модернистские босоножки и короткая причесон. Больше, как говорится, мы не знаем о них синь порох — так «оторвемся» на автомобиле, который по праву стал третьим главным героем путешествия.

«Москвич-407» выпускался в Московском заводе малолитражных автомобилей (МЗМА, позже АЗЛК) с 1958 в соответствии с 1963 годы. Это второе поколение кузовов «Москвичей» и суп, самостоятельно разработанное в Советском Союзе (кстати, при непосредственном участии Горьковского автозавода — не иначе поэтому «Москвич» этого поколения так похож держи уменьшенную 21-ю «Волгу»). Четырехцилиндровый мотор давал 45 лошадиных сил — хиханьки-хаханьки и грех по нынешним временам, но и сам автомобильчик весил дешевле тонны. Динамика у этой автомашины, кстати, совсем неплохая, только только до 50–60 км/ч, дальше разгон бог медленный, а больше сотни такой «Москвич» практически без- разогнать, если под капотом штатный двигатель.

Желтые постоялый двор устаревшего к тому времени стандарта говорят нам, какими судьбами «Москвич» был выпущен и поставлен на учет эдак 1959 года (в 1960-м уже начали выдавать номерные знаки нового стандарта, белые символы получи и распишись черном фоне). Так что автомобиль был бери момент путешествия не совсем новым. Но, клеймящий по альбому, эта поездка была первым «дальним боем» про наших героев.

Что, в общем-то, неудивительно: к дальнему путешествию в тетечка времена было принято как следует готовиться. Запчасти и дополнительное снабжение (например, москитные сетки на окна, багажник держи крышу, дополнительные бензобаки, столики для еды в салоне). Картеж и литература по маршруту (добывалась в туристическом клубе, вырезалась с журналов «За рулем» и вообще любых, где была соответствующая исходны данные). Наконец, нужно было просто решиться на такую авантюру. А как же и сезон: необходимо было совместить отпуска.








По счастью, эти отпуска, ни дать ни взять мы узнаем из альбома, у наших героев длинные — 33 дня. Точно указывает на профессию: научные работники либо вузовские преподаватели. В центре Нижнего Новгорода академических институтов раз, а вот вузов достаточно много: и политех (Государственный инженерный университет), и «Водник» (Волжский университет водного транспорта), (ну) конечно и до, собственно, университета имени Лобачевского рукой ценз. Где работают наши герои — пока загадка.

Тропа нас в дальние дали зовет

В теории — если живописать на путеводители и рекламные очерки, например, на описание Валентина Катаева 1951 года «Поездка на юг», — проблем в пути из Горького в Москву, а из Москвы в Полуостров возникнуть вообще не должно. Трассы были оборудованы вдоль высшему разряду: гостиницы и мотели, современные АЗС и сервисы. И новая «Горьковка» (нынешняя чертеж М7), и Симферопольская трасса (старая М2) были реконструированы в послевоенные годы за единому стандарту. Из других шоссе, расходящихся через Москвы, тогда же реконструировали Минское, Киевское и Ленинградское, накануне других направлений очередь дошла несколько позже.

Крымская к чему из них всех была, впрочем, самой «романтической». Всего лишь про Симферопольское шоссе ходила следующая легенда: тырли-мырли, товарищ Сталин в 1946 году решил лично уйти от Москвы до Крыма на автомобиле, дай тебе посмотреть на возрождаемое после войны народное экономия. Однако доехать удалось лишь до юга Тульской области — впоследствии времени кортеж «вождя народов» застрял на черноземных грунтовках, и раздосадованного Сталина эвакуировали изо грязи на привычном литерном поезде. А с крымской госдачи полетел управлять без приказ: дорогу реконструировать по высшему стандарту.

Открыли общее направление на всей трассе четыре года спустя — в 1950 году. Шоссейка получилось, учитывая ограничения по времени, узким и минус автобанных штучек типа развязок. Зато отменно гладким и красивым. Повдоль дороги появились выполненные в одном архитектурном стиле домики дорожных мастеров, общежития рабочих, а концептуал — АЗС, придорожные кафе и две на всю трассу комплексные станции обслуживания: мотель плюс ресторан плюс автосервис. Выполняла работы теплая компания архитекторов, включая мастерскую Дмитрия Чечулина и соавтора многих объектов ВСХВ — ВДНХ Сашуня Зайцева.








Беда была только лишь в том, что пропускная способность трассы (особенно гостиниц и сервисов) почитай (что) сразу оказалась в разы меньше, чем число желающих уйти по ней на юг. Помимо автомобилистов-частников (которых было всегда же немного), по шоссе сразу же поехали рейсовые автобусы и тачка. Найти, таким образом, места в гостиницах летом оказалось почти что невозможным делом — это даже Катаев, уж для что писал по заказу, отметил. А в журнале «За рулем» из-за 1957 год можно найти очень живописный повесть «По солнечной трассе», в котором эта самая дефицит всего — от койко-мест до бензина — разобрана соответственно косточкам.

Тем не менее наши герои бесстрашно отправились в путешествие — впрочем, предварительно серьезно подготовившись. В машине было кончено необходимое для пикника хоть на обочине, впору в чистом поле. В багажнике имелась палатка. А самое фундамент — была моральная готовность преодолевать неизбежные в советском путешествии крест господень с юмором и присутствием духа. Богатыри, не мы!..

К Черному морю

Своего рода генеральной репетицией путешествия в Таврида стала дорога до Москвы. За 450 километров пути наши герои не задумываясь скорректировали свои ожидания и сняли «розовые очки»: оказалось, по какой причине трасса до Москвы еще не успела подробно достроиться, а уже встала на многочисленные ремонты (обход 20 км по грунтовке — каково?). Зачем поесть в дороге «культурным» образом — дело счастливого случая, а кризис миновал иметь еду с собой. Наконец, что знаки в городах и городках расставлены время от времени очень заковыристо и произвольно.

Зато в Москве путешественники пробыли двуха дня: осматривали достопримечательности, встречались с друзьями. Собирались с силами. Вносили последние штрихи в регулировки «Москвича» — воеже движок «шептал», а расход был минимальным. Трогаться в путь-дорога на Крым надлежало, по всем канонам, с рассветом — возле 5 часов утра, поскольку на дворе август.

Ниже — это 9 августа 1961 года — начинается самое базис. Ранний старт, отсутствие пробок — и вот в половине девятого утра наши герои еще в Туле (хороший результат и по нынешним временам, а быстро на «Москвиче»-то!). Особое внимание — получи и распишись памятник командиру крейсера «Варяг» Рудневу, установленный в 1956 году, — и позднее на поиски еды. Завтрак нашелся только в одном месте Тулы — в огромной фабрике-кухне возьми площади Челюскинцев. 10 часов утра — и наши герои вторично в дороге.

Непонятно, подражали наши герои Катаеву иль набор достопримечательностей при поездке на юг был побольше или менее стандартным, но только на выезде изо Тулы Марина зафиксировала все тот же, а и маститый писатель за десять лет до них, Косогорский металлургический фабрика. Он, кстати, и сейчас такой же. (Туляки, привычные к тяжелой промышленности, почасту говорят: ну помилуйте, что тут смотреть! Да проезжающие не таковы.)

Нельзя было в те Эпоха Екатерины проехать по трассе на юг и не заглянуть на огонек Ясную Поляну: толстовский музей и сейчас, конечно, достопамятность первой величины, но тогда, похоже, поклониться великому писателю считалось моральным долгом. Точно по крайней мере, все путеводители рекомендуют не миновать мимо, у Катаева герои также остановились на краткую экскурсию — и наши герои делают (на)столь(ко) же. Заодно размяться — не последнее дело, как-нибуд часами едешь на хорошенькой, но по современным меркам мало-: неграмотный столь удобной машине.

Затем — движение через всю Тульскую ветвь (Щекино — Плавск — Чернь) к Орловской (Мценск). Дорога до сего времени та же, гладкая и узкая, по одной полосе в одну сторону. Только мы въехали в черноземный пояс — всесоюзную житницу, следовательно трасса немедленно забивается колхозными грузовиками. Это все же август, а значит, в разгаре уборочная. Обгонять грузовики, идущие домашние 40–50 километров в час, — дело азартное, но опасное. (до что — как получится: когда обгоним, когда плетемся паровозиком, пока большегруз не свернет с трассы. Тем больше что штурман настаивает не ехать быстрее 60 км/ч — замонтированный ограничитель скорости, как шутили в популярном фильме 1957 возраст «К Черному морю» (опять же про автопутешествие бери «Москвиче»).

Орел — большой город, который пришелся в обеденное время, и потому наши герои не упрощенно остановились там, но и как следует погуляли, зашли возьми базар, посмотрели достопримечательности, поели… Тем более, фигли торопиться-то некуда: отпуск достаточно длинный, воеже не пытаться уложить всю огромную трассу в Полуостров в один или даже два ходовых дня. А вона ночевать в городском «гранд-отеле» «Орел» не стали. Может бытийствовать, не хватило мест, а может быть, путешественники упрощенно предпочитали другой формат отдыха.








Лагерь нам поможет

И первую, и вторую ночевку на пути в Таврия горьковчане провели в кемпингах: соответственно, на выезде изо Орла и на выезде из Харькова. Этот величина размещения тогда в СССР только зарождался, кемпинги были далеко не компромиссом, а горячей новинкой, удобной именно для автотуристов. Кайфовый-первых, дешевле гостиницы, во-вторых, почти безразмерно, в таком случае есть на большом поле всегда можно встретить место для машины и палатки. А в-третьих, где до этого времени можно встретить других автотуристов и вдоволь с ними потусоваться, да еще и посмотреть разные технические диковины?

Подо Харьковом, например, нашим героям повезло: они «пересеклись» с туристами изо почти дружественной Франции. Те приехали на моднейшем «Ситроене» и сильнее утилитарном, но все равно интересном «Пежо» с прицепами-кемперами: в таком разе о них уже начинали писать в журналах, но называли «прицепами-дачами». Исполнят такие штуки в СССР много раз собирались, безусловно так и не осилили серийный выпуск. Зато журналы вроде «Моделист-конструктор» периодически печатали чертежи таких прицепов-самоделок: высококачественный мастер, фанатик своего дела, мог такое скопить и даже (о, простота нравов!) зарегистрировать в ГАИ. Правда, мастера попадались уникально…

— Мои дедушка и бабушка тоже предпочитали не гостиницы, а кемпинги, — рассказывает москвичка Печальная Лукошина. — Видимо, была здесь какая-то лестница свободы, больше раскованности, возможность неожиданных встреч.

Кемпинговая содержание ждала наших героев и в Крыму: знаменитая и поныне мостик под Евпаторией тогда уже функционировала как лагерь. По приезде к морю автомобили укрывались чехлами с палящего солнца, ставились палатки, и начинался собственно успокоение — с пляжным волейболом, поеданием арбузов и походами на богатейшие фруктовые базары, с новыми знакомствами, которые изредка продолжались долгие годы. Неизвестно, куда девались «буржуазные» туристы с прицепами-кемперами, да автопейзаж был достаточно однообразный: «Победы», «Москвичи» двух поколений ага редкие пижонские «Волги». Почти что равенство — и литоринх точно братство водителей, отважившихся на поездку длиной в пару-тройку тысяч километров. Не откладывая мы ездим на такие расстояния почти без- задумываясь (молчу о сибиряках и дальневосточниках: им тысяча километров — участок. Ant. близость смехотворная). Но тогда далеко не все были нате такое готовы. Кто решился — тот, значит, отечественный человек. Такой человек, которому дорога интереснее комфорта.

Тайность пока не раскрыта

Очевидно, наши герои с успехом вернулись в Горький (хотя бы потому, что в пирушка самой коробке у нижегородского антиквара были и более поздние — лишь только не в Крым, а в Прибалтику — путешествия). Но фотографий с обратного пути отсутствует — похоже, штурман Марина поначалу слишком сильно расходовала «боезапас», снимая навытяжку на ходу. При тех пленках (светочувствительность ISO 32–64, сравните с нынешними показателями цифровых камер!) освобождать от дол в движении — почти безнадежное дело, но чем до сих пор заняться, когда ты не за рулем, а доступ долгая?

Их поездка, конечно, не уникальна: в тетка годы (и раньше, и позже) на юг на автомобиле ездили многие и многие тысячи советских людей (оборона миллионы, пожалуй, говорить не стоит, транспортом миллионов оставался подкидыш). На нынешний взгляд (точнее, на взгляд «доковидный») такое вояжировка кажется слишком медленным и утомительным (и тогда оно многим казалось таким а!). Но ведь разве не так выглядит желаемый «баланс» и «поток», которого ищут, чаще всего не соло, все страдающие от офисного ритма?

Ехать шаг за шаг, смотреть по сторонам, есть сезонные продукты, питать(ся) минимумом вещей и ловить максимум впечатлений — эта транслятор, пожалуй, роднит нынешних молодых людей с их прабабушками и прадедушками. Все конечно, и тогда, и сейчас это стратегия отчасти вынужденная — коли на то пошл она диктовалась дефицитом мест в пансионатах, сейчас нехваткой денег, и в любом случае — закрытыми границами. Да почему бы не получать удовольствие от жизни тем способом, какой-никакой доступен? Эх, еще бы где-то к примеру целых 33 дня отпуска…

В Крым на «Москвиче»: найдены отпечаток путешествия времен Хрущева

Смотрите фотогалерею по теме

Комментарии и уведомления в настоящее время закрыты..

Комментарии закрыты.