Брюссель – это Домодедово 5 лет назад

Брюссель – это Домодедово 5 лет назад

 

Как взрывы в Бельгии скажутся на «деле Каменщика»?

Террористический акт в брюссельском аэропорту «Завентем» стал одним из крупнейших в истории гражданской авиации. 34 погибших и более 200 пострадавших. Власти опасаются новых терактов. Новый теракт поднимает старый вопрос: как обеспечить безопасность в аэропорту? Именно об этом идет речь в уголовном деле против владельца «Домодедово» Дмитрия Каменщика.

22 марта около 8 утра в брюссельском аэропорта «Завентем» прогремело два взрыва. В результате аэропорт был частично разрушен: обвалилась крыша и выбиты стекла фасада. Десятки тысяч пассажиров были эвакуированы, сотни – остались дожидаться медицинской помощи.

Ситуация практически на 100% совпадает с тем, что происходило в аэропорту Домодедово в 2011 г., когда террорист Магомед Евлоев совершил самоподрыв в зоне прилета международных авиалиний. Схожесть дошла до того, что такие СМИ как CCTV, Al-jazira, DailyMail и Euronews выдали видеозапись теракта в Домодедово за событие в Брюсселе.

Трагические события еще раз подняли вопрос о том, как получилось, что террористы беспрепятственно проникли в здание аэровокзала. Именно в этом обвиняют миллиардера Дмитрия Каменщика и трех топ-менеджеров аэропорта. Им грозит до 10 лет тюрьмы.

 

Эндоскопы как причина теракта

В качестве главного оппонента миллиардера выступает адвокат Игорь Трунов.  Именно он подал иск в ЕСПЧ от имени пострадавшей Е.Криволуцкой, признанной потерпевшей по вновь возбужденному уголовному делу по теракту 2011 г.

Адвокат в своей аргументации часто использует тезис, что теракт в аэропорту стал следствием того, что вход, через который вошел террорист, не был оборудован эндоскопами.

Очевидно, что наличие или отсутствие эндоскопов у службы безопасности никак не могло предотвратить теракт. Как известно, эндоскопы используются в медицине для исследования и лечения полых внутренних органов человека, а также брюшной и других полостей тела. В службе авиационной безопасности применяются интроскопы.

Эта деталь не только подчеркивает фарс в «деле Каменщика», но и в целом характеризует качество обвинения.

Об этом прямо заявляет Генеральная прокуратура. «Для предъявлений обвинений топ-менеджменту аэропорта не было никаких оснований. В частности, отсутствовала причинно-следственная связь между действиями руководства воздушной гавани и гибелью людей во время теракта в январе 2011 года», — указал замгенпрокурора Владимир Малиновский в письме на имя главы СКР Александра Бастрыкина.

Генпрокуратуру поддерживает и позиция Российской Федерации, которая была представлена в ЕСПС в рамках дела Е. Криволуцкой, чьи интересы представляет Трунов.

«Предупредительные меры на входе становятся полностью бесполезными, если террористы приняли решение осуществить террористический акт. Пример — теракт в Международном аэропорту Глазго в 2007 году, когда террористы въехали на автомобиле, перевозившем канистры с пропаном, в стеклянные двери аэровокзала, в результате чего он вспыхнул», — отмечает заместитель Министра юстиции Российской Федерации Георгий Матюшкин.

Он же пишет, что «что иск следует подавать против ответственных, а не против тех, кто располагает средствами для выплаты компенсации». Однако адвоката Трунова это не останавливает.

 

Где начинается безопасность

Краеугольный камень в деле – вопрос об ответственности за досмотр граждан на входе в аэровокзал.

Трунов утверждает, что преступные действия террористов стали возможными исключительно в связи с ненадлежащим выполнением своих обязанностей службами авиационной безопасности. «В аэропортах предусмотрены обязательные требования, на входах пункты досмотра пассажиров, ручной клади и багажа оснащенные рентгенотелевизионными интроскопами, стационарными и ручными металлоискателями, что не было сделано», — считает адвокат.

Однако опубликованная видеозапись момента входа террориста-смертника опровергает выводы Трунова. На снимках четко видно, что вход, через который Евлоев вошел в аэропорт,  оборудован металлоискателем и интроскопом. Видеозапись также показывает, что дежуривший на посту сотрудник милиции на Евлоева не обратил внимания, так как стоял к нему спиной и разговаривал с девушкой.

По сути, версия следствия, которую поддерживает и Трунов, производит подмену понятий авиационной и транспортной безопасности. Об этом прямо говорит позиция европейского отделения Международной ассоциации аэропортов (ACI Europe), опубликованная после теракта в Бельгии.

«Специфика регулирования авиационной безопасности  направлена не на зоны общего доступа, а на те зоны аэропорта, в которые имеют доступ пассажиры, имеющие посадочные талоны. Эти регулирующие документы созданы, чтобы предотвратить возможность незаконного проникновения на воздушные суда – основной цели террористов на протяжении последних десятилетий», — сообщается  в заявлении.

Международная ассоциация аэропортов поясняет, что зоны общего пользования в аэровокзале, в которые может войти любой гражданин, подчинены общим законодательным требованиям по безопасности и не отличаются от других публичных мест: театров, магазинов, музеев, станций метро.

Это подтверждается и в позиции РФ по делу Е. Криволуцкой: «ни внутренним законодательством РФ, ни применимыми международными нормами не предусмотрен обязательный тотальный личный досмотр на входах в терминал аэропорта».

Как известно, в соответствии с Воздушных кодексом РФ, регулирующим правила работы в гражданской авиации,  к услугам по обеспечению авиационной безопасности относятся: предполётный досмотр пассажиров, предполётный досмотр членов экипажа, предполётный досмотр багажа.

Единственная законная причина ввести сплошной досмотр на входе – объявление повышенной угрозы для деятельности гражданской авиации. Такой уровень угрозы был объявлен 26 января, два дня спустя после теракта. Впервые обязанность аэропортов проводить досмотр на входе была установлена через 19 дней после взрыва в Домодедово.

Интересно, что к аналогичным выводам пришел и сам СКР: «Аэропорт выполнил все (обязательные и необязательные) меры безопасности надлежащим образом. Отсутствие  нарушения требований безопасности официально подтверждена решениями судов общей юрисдикции, а также решением СК РФ».

 

Каменщик и Брюссель

Теракт в Брюсселе показывает, что с терроризмом нельзя бороться «задним числом». Уже вчера вечером Еврокомиссия объявила, что «намерена предложить ввести контроль на входе в аэропорты».

Панацея ли это – открытый вопрос. В Еврокомиссии указывают на успешный опыт введения 100% контроля на входе аэропортом Домодедово после произошедшего теракта.

Однако есть опыт Израиля и аэропорта Бен-Гурион, в котором, несмотря на постоянную угрозу, досмотра на входе нет. Подход израильтян состоит в том, что если террорист приехал в аэропорт, то уже неважно есть рамка на входе или нет. Смертельных последствий не избежать.

Дмитрий Каменщик будет находиться под арестом, как минимум, до 18 апреля. Теракт в Брюсселе и реакция мирового сообщества ставят под сомнение выдвинутые против него обвинения.

Террор – прежде всего, глобальная угроза. Один условный «Каменщик» не может ни противостоять, ни нести ответственность за противодействие мировой сети преступников, которые атакуют не только аэропорт, но и саму цивилизацию.

Важен системный ответ на их действия. Хочется надеяться, что именно после Домодедово в российских аэропортах это сделать удалось. 

Береснев Иван специально для Avia.pro

Последние новости: 

Комментарии и уведомления в настоящее время закрыты..

Комментарии закрыты.