«Полюс» вышел на связь: Большая Арктическая экспедиция идет через торосы

Нa стaнции Бaрнeo: бeрут oбрaзцы для нaучныx исслeдoвaний.

Ранним субботним утром, еще до первой чашки кофе, довольно трудно включить воображение и представить, как идет жизнь за тысячи и тысячи километров от Москвы.

В самой середине Северного Ледовитого океана до полюса ближе, чем от Бибирево до Бирюлево. Но участники Большой Арктической экспедиции живут по московским часам. И это тоже удивительно, потому что для них время – понятие совершенно абстрактное.

В полярной палатке нет ни дня, ни ночи в привычном понимании. Юные полярники (в отряде под руководством Матвея Шпаро — семеро московских школьников) могут штурмовать торосы, когда их родители собираются смотреть телешоу или уплетать вечернюю гречку, когда мы еще не проснулись. Сейчас в Арктике стоит вечный день и часы становятся довольно бесполезным аксессуаром. Солнце, не опускаясь, крутится над горизонтом: если идешь строго на север (выдерживая направление, например, по GPS) и светило оказывается у тебя за спиной – наступил полдень. Если солнце перед глазами – это означает полночь.

В субботу утром, когда команда Матвея Шпаро закончила завтракать, мы смогли пообщаться с полярниками по телефону.

— У нас был очень сложный старт и перелет, — голос Матвея Шпаро искажался спутниковым линиями, — Мы все почти двое суток ждали вылета из Москвы, потом было три перелета и две пересадки. В первый день мы прошли совсем немножко, километров 5-6, и остановились отдыхать. Больше суток были на ногах. Поэтому в предыдущую ночь проблем со сном ни у кого не было, мы хорошо проспали почти 12 часов.

Вчера, в пятницу, за 10 часов мы прошли 12 километров. И после такого напряженного дня все так же с большим удовольствием заснули, не обращая внимания на яркое солнце за стеной палатки. Вечером наш врач Алексей Сейкин раздал каждому персональный набор с камфорным спиртом и ватными дисками — протерли шеи, ноги, все, что можно было протереть. Сегодня мы все словно после бани.

Пока не встретили ни одной полыньи. Вчера много часов вдоль нашего курса шла неширокая трещина в ледяных полях, всего сантиметров 20-30. Мы в течение дня пересекали ее несколько раз, но было четкое ощущение, что это одна и та же трещина.

(На Северном полюсе все находится в постоянном движении. Лед, укрывающий океан, никогда не стоит на месте, он динамичен: там, где льды расходятся — появляются полыньи, которые на морозе зарастают тонким ледком. В местах, где поля сталкиваются друг с другом вырастают горы торосов).

— Вчера весь день пришлось перебираться через гряды торосов. Иногда они бывают довольно большими, по 5-6 метров высотой, и это создает сложности. Обычно мы час идем и 15 минут отдыхаем. Важно много пить чая или воды, перекусывать сухофруктами или шоколадом, следить за своим самочувствием на морозе и за состоянием друзей. Но все ребята понимают, что надо спешить. Нам сказали, что если до 25 апреля мы не дойдем до полюса, то нас оставят в Арктике до следующей весны. Это нас подстегивает.

— Готовила ли Женя Голубева блины? – поступил вопрос от друзей московской школьницы.

— Женя сегодня дежурная, но вряд ли мы дождемся от нее блинов. Мы прибережем их до полюса. Блины — это праздничная еда. И сначала надо дойди до цели, а потом уже праздновать. Сейчас все мы озадачены тем, чтобы быстро поесть, быстро собраться, быстро пойти и быстро дойти до полюса.

Завершая разговор, Матвей Шпаро отметил, что больше всего работы достается корреспонденту «МК» Алексею Сафонову.

— Кроме тех испытаний, которые впадают на долю каждого участника, он должен еще выполнять и профессиональные обязанности. Вечером, когда все могут отдохнуть и заняться своими делами, он пишет.

До места, где изо льда торчит земная ось, путешественникам осталось пройти чуть больше 40 километров…

Тем временем второй отряд Большой Арктической экспедиции — еще семеро ребят вместе с учителем биологии Иваном Смирновым — остается на дрейфующей полярной станции Барнео. Со льдины сообщили координаты: 89° 32’ 42’’ с.ш., 66° 29’ 35’’ в.д. Это означает, что, оставаясь на расстоянии 28 географических миль от Северного полюса, станция медленно плывет ровно на запад.

Вчера на Барнео играли… в международный футбол: австралийцы, американцы, англичане, наши и полярники из Израиля.

Потом слушали лекцию профессора Сергея Писарева из Института океанологии

им. Ширшова РАН. Наши школьники на английском общались с французскими океанологами из Института Мари Кюри.

Иван Смирнов рассказал о ходе научных занятий отряда: «Вчера с глубины 5 и 10 метров взяли пробы зоопланктона. Мы готовим пробы для Центра морских исследований МГУ. Сегодня будем расширять исследования – нас интересуют глубины 5, 10, 25 метров. Кроме зоопланктона, будем исследовать фитопланктон.

Захватывающими были подледные и подводные фотосъемки нижней кромки льда. Красота необыкновенная!

Комментарии и уведомления в настоящее время закрыты..

Комментарии закрыты.